Тольтеки — народ, чья столица Тула была важнейшим городом Центральной Мексики примерно между 900 и 1150 годами. Мы знаем о них из двух очень разных источников: из археологических раскопок Тулы и из преданий ацтеков, которые спустя века после исчезновения тольтеков прославляли их как своих образцов и предков. Эти две картины совпадают лишь отчасти — поэтому в рассказе о тольтеках всегда важно отличать то, что откопано, от того, что рассказано.
Тула, место тростника
Ацтекские источники называют столицу тольтеков Толлан, что на языке науатль означает «место тростника»; её полное название, Толлан-Шикокотитлан, означает примерно «место тростника у горы ос». Остатки города находятся у нынешнего городка Тула-де-Альенде в мексиканском штате Идальго, примерно в 75 километрах к северу от Мехико, на высоте около 2000 метров.
Город возник около 650 года, когда великий Теотиуакан уже приходил в упадок, и унаследовал многие его традиции. Первый центр, который археологи сегодня называют Тула-Чико («Малая Тула»), был сожжён и покинут в конце IX века, а примерно в полутора километрах южнее был возведён новый церемониальный центр — Тула-Гранде. Расцвет города приходится примерно на 900–1150 годы. По новейшим оценкам, Тула занимала тогда около 14 квадратных километров и насчитывала до 60 000 жителей, тогда как более старые оценки говорят о 30 000–40 000. Вероятно, это был крупнейший город Центральной Мексики своего времени, хотя и заметно меньший, чем прежний Теотиуакан и позднейший ацтекский Теночтитлан.
Хозяйство держалось на поливном земледелии и ремёслах, прежде всего на обработке обсидиана — вулканического стекла, из которого делали лезвия и орудия. Тула была важным центром торговли зеленоватым обсидианом из копей близ Пачуки, а в городе найдены и обсидиан из Укарео в Мичоакане, бирюза, происходящая, вероятно, из области нынешнего Нью-Мексико, полихромная керамика из Никарагуа или Коста-Рики и характерная блестящая керамика типа плюмбате с тихоокеанского побережья Гватемалы и Чьяпаса, которая считается одним из признаков тольтекского присутствия.
Атланты и Тула-Гранде
Сердцем города была большая площадь Тула-Гранде, вокруг которой располагались главные постройки: пирамиды B и C, Сожжённый дворец (Паласио-Кемадо), два стадиона для ритуальной игры в мяч и низкая платформа — цомпантлиПомост, на котором выставляли черепа принесённых в жертву. Цомпантли в Туле исследовал археолог Эдуардо Матос Моктесума в 1968–1970 годах, и в нём были найдены остатки человеческих черепов.. Крупнейшая из пирамид, пирамида C, сегодня в плохом состоянии, поэтому самое известное сооружение Тулы — меньшая пирамида B, посвящённая богу ТлауискальпантекутлиБог утренней звезды, то есть планеты Венеры, когда она появляется перед рассветом. В преданиях он связан с Кецалькоатлем., владыке утренней звезды.
На вершине пирамиды B сегодня стоят знаменитые атланты из Тулы — четыре базальтовые колонны в виде воинов высотой около четырёх с половиной метров, которые некогда поддерживали кровлю храма. Каждая сложена из четырёх частей, соединённых шипом и гнездом; воины носят головной убор из перьев, нагрудник в форме бабочки, диск на спине и держат в руке атлатльКопьеметалка: деревянная рукоять с крюком на конце, которая удлиняет руку и придаёт дротику гораздо большую скорость и дальность.. Перед пирамидой находился портик с рядами колонн, а стены самой пирамиды покрывали рельефы с процессиями ягуаров и койотов и с орлами и грифами, пожирающими человеческие сердца.
Атлантов нашли не на своём месте. В 1941 году, во второй сезон раскопок, археолог Хорхе Р. Акоста наткнулся в пробной траншее у северной стороны пирамиды на их разрозненные части: три фигуры удалось собрать целиком, а от четвёртой нашли лишь часть. Сначала части временно установили на площади, а на вершину пирамиды вернули в 1960 году, когда завершились двадцатилетние исследования Акосты в Туле.
Северную сторону пирамиды B замыкает Коатепантли, «стена змей», украшенная рельефами змей, пожирающих человеческие скелеты. Рядом с пирамидой стоит и Сожжённый дворец, названный так по следам пожара: в его колонных залах были скамьи, украшенные рельефами процессий воинов и сановников, и там же нашли скульптуры типа чак-моольПолулежащая фигура, опирающаяся на локти, с повёрнутой в сторону головой и чашей или плитой на животе, вероятно для приношений. Такие скульптуры встречаются и в Туле, и в Чичен-Ице, а позднее и у ацтеков.. Во время работ 1990-х годов под полом одного из залов обнаружили ритуальные тайники с дисками из пирита, некоторые из которых были украшены бирюзовой мозаикой, а в тот же период нашли и так называемый панцирь из Тулы, сделанный из пластинок раковин.
Кецалькоатль, Тескатлипока и падение Тулы
Всё, что мы знаем о правителях Тулы, почти целиком происходит из ацтекских и колониальных записей, созданных века спустя, таких как Флорентийский кодекс фрая Бернардино де Саагуна и «Анналы Куаутитлана». Согласно этим преданиям, отцом первого великого правителя был вождь чичимеков Мишкоатль, а его сын, Се Акатль Топильцин Кецалькоатль, — названный по году рождения, «1-Тростник», и по богу Пернатому змею, — стал жрецом и правителем Тулы и остался в памяти мудрым и благочестивым царём, при котором расцвели ремёсла.
Самая известная история рассказывает о его столкновении с Тескатлипокой, тёмным богом-чародеем. По преданию, Тескатлипока хитростью заставил Кецалькоатля опьянеть от пулькеАлкогольный напиток из перебродившего сока агавы, который в Мезоамерике пили по строгим правилам и в ходе обрядов. и нарушить жреческий обет; пристыженный правитель покинул Тулу и ушёл на восток, к морскому побережью. По одной версии, записанной в «Анналах Куаутитлана», там он сжёг себя, а его сердце поднялось на небо и стало утренней звездой, — что связывает его с богом, которому посвящена пирамида B. По другой, он уплыл на плоту из змей, пообещав однажды вернуться.
Последним правителем Тулы предания называют Уэмака, при котором город постигли голод, внутренние распри и натиск чичимекских народов с севера; тольтеки, согласно этим рассказам, рассеялись во все стороны, а сам Уэмак бежал в Чапультепек. Даты, которые источники называют для этих событий, расходятся между собой почти на целый век, и многие исследователи считают, что история и миф в этих рассказах переплетены неразрывно.
Археология подтверждает, что конец был насильственным: где-то между 1150 и 1200 годами бо́льшая часть города была сожжена и покинута, монументальные постройки разграблены, а многие скульптуры разбиты и закопаны в насыпях пирамид — среди них и атланты. Тем не менее Тула никогда не опустела полностью; позднее её вновь заселили люди ацтекской культуры, перекапывавшие руины в поисках скульптур и закопанных приношений.
Тольтеки глазами ацтеков
Для ацтеков, основавших свою столицу Теночтитлан почти через два века после падения Тулы, тольтеки были воплощением цивилизации. Слово toltecatl на языке науатль означало «художник, искусный мастер», а toltecayotl — «тольтекскость» — искусство, учёность и городскую жизнь вообще, в противоположность «чичимекскому» образу жизни кочевников с севера. Тольтекам приписывали изобретение календаря, медицины и многих ремёсел.
Тольтекское происхождение было и источником политической легитимности. Первого ацтекского правителя, Акамапичтли, по преданию, избрали именно потому, что по матери он происходил из знатного рода Кульуакана — города, который считался наследником тольтеков, и сходное происхождение подчёркивали правители других мезоамериканских городов. Поэтому исследователи сегодня предупреждают, что образ тольтеков как великой империи, вероятно, больше говорит о потребностях ацтеков, чем о реальной Туле, чьё влияние, по некоторым оценкам, было скромнее — скорее как у царства, чем как у империи.
Тула и Чичен-Ица
Когда французский исследователь Дезире Шарне в 1880-х годах впервые копал в Туле, его поразило сходство с городом майя Чичен-Ица на Юкатане, удалённым более чем на тысячу километров: и там есть колонны в виде воинов и пернатых змей, процессии ягуаров и орлов, чак-моли и помост для черепов. Шарне заключил, что тольтеки завоевали Чичен-Ицу, и эту мысль поддерживало майяское предание о Кукулькане — «Пернатом змее», пришедшем с запада.
Современная наука гораздо осторожнее. Одни исследователи по-прежнему видят в Чичен-Ице след тольтекского присутствия, другие считают, что оба города входили в более широкую сеть торговли и общего культа Пернатого змея, а новые датировки показывают, что некоторые постройки «тольтекского» стиля в Чичен-Ице старше расцвета Тулы, так что влияние, возможно, шло и в обратную сторону. Единого ответа пока нет.
Между историей и мифом
Руины у Тулы описал ещё в 1873 году мексиканский географ Антонио Гарсия Кубас, а первые раскопки провёл Шарне. И всё же долго считалось, что Толлан ацтекских рассказов — это на самом деле Теотиуакан. Перелом наступил в 1941 году, когда историк Вигберто Хименес Морено на круглом столе Мексиканского антропологического общества на основе исторических источников показал, что Толлан — это именно Тула в Идальго, — в тот самый год, когда Акоста нашёл атлантов. Акоста работал в Туле до 1960 года, а затем исследования продолжили Эдуардо Матос Моктесума, Альба Гуадалупе Масташе, Роберт Кобин и другие.
Историки и сегодня не согласны в том, насколько можно доверять ацтекским рассказам о тольтеках. Одни, как Найджел Дэвис и Г. Б. Николсон, считали, что при тщательном сопоставлении из них можно извлечь историческое ядро; другие, как Сьюзен Гиллеспи и Мишель Гролиш, видят в них прежде всего мифический образ прошлого, который ацтеки создали под собственные нужды. Несомненна лишь сама Тула — большой город, чьи строители, каменные воины и культ Пернатого змея оставили глубокий след в искусстве и верованиях Мезоамерики вплоть до прихода испанцев.
