Культура Моче (или мочика) сложилась на севере Перу, в прибрежных долинах одноимённой реки Моче и реки Чикама, примерно между 200 и 700 годами н. э. Этот край отличается суровым засушливым климатом: пустынная местность, покрытая сероватым песком, который ветры приносят со склонов Анд, бедная дикой фауной, но её жители сумели приручить её и сделать плодородной.
Общество было чётко расслоено: на вершине стояли правитель и жречество, а внизу — земледельцы и простой народ. Принадлежность к определённому слою выражалась, среди прочего, в раскраске лица и украшениях для носа. По изображениям в искусстве и останкам из гробниц известно, что они были невысокими, мускулистыми и широкоплечими, с округлым лицом, выраженными скулами, орлиным носом и миндалевидными глазами.
Они были искусными ювелирами и хорошо знали металлургию: делали сплавы золота и умели золотить серебро и медь, погружая изделие в раствор с солями золота, а затем нагревая его, пока тонкий слой золота не сцеплялся с поверхностью. Перья они превращали в украшения и плащи, а руки украшали кольцами и тонкими золотыми пластинками на ногтях.
Керамика
Моче достигли исключительно высокого уровня в изготовлении керамики. Их уакос (слово из языка кечуа, означающее глиняные сосуды) делали из двухцветной глины, красноватой и кремово-белой, и реалистично изображали самые разные стороны повседневной и религиозной жизни. Особую вершину этого искусства представляют так называемые сосуды-портреты, у которых горлышко вылеплено в виде чрезвычайно индивидуального человеческого лица.
Часть керамики несёт и откровенные эротические мотивы, затрагивающие целый ряд сексуальных тем; археологи отмечают, например, что изображения анального полового акта многочисленнее, чем вагинального, что иногда толкуется как возможная форма контроля рождаемости, тогда как источники одновременно говорят о строгих наказаниях за внебрачные связи — а это указывает, что свобода, которую мы видим на керамике, вероятно, была привилегией узкого круга элиты, а не отражением повседневности простого человека.
Развлечения и обряды были тесно переплетены: пиршества включали обильное питьё чичи, алкогольного напитка из сброженной кукурузы, а танцы и музыка были частью религиозных празднеств. Для танцев надевали особую одежду и маски, а из инструментов использовали тростниковые и керамические флейты, рог из большой морской раковины (путуто), различные погремушки и барабаны, обтянутые кожей ламы.
Питание, строительство и религия
Основой хозяйства было земледелие. Моче создали систему орошения, которая по сложности может сравниться с лучшими решениями Старого Света: разветвлённая сеть каналов и акведуков снабжала водой целые долины (канал Ла-Кумбре длиной около 113 км подводил воду из реки Чикама), а на крутых склонах строили террасы, увеличивавшие пахотную площадь. Выращивали кукурузу, фасоль, арахис, картофель, огурцы, коку и хлопок, а землю делили по установленным правилам: каждый мужчина получал основной надел (тупу) с добавкой за каждого рождённого ребёнка, тогда как знать владела гораздо большими угодьями.
Помимо земледелия, важную роль в питании играли охота и рыболовство: охотились на оленей, птиц и морских львов, а обезьян и попугаев держали как домашних любимцев. Одомашненные ламы давали шерсть и мясо и служили вьючными животными, а их внутренности использовали и для гаданий. Жители побережья строили лодки, похожие на те, что и сегодня можно увидеть на озере Титикака.
Основным строительным материалом был сырцовый кирпич, камень использовали реже, а крыши покрывали соломой или тростником. По описанию одного испанского хрониста XVI века, у каждого местного правителя в долине был большой дом из кирпича-сырца со столбами, террасами и просторной площадью неподалёку. Наружные стены штукатурили и расписывали фресками, а на полях возводили укрепления для защиты от нападающих, а также сеть дорог, огороженных кирпичными стенами высотой местами до полутора метров.
В центре религии стоял культ луны, которую называли Си; в её честь был воздвигнут больший храм, а меньший посвящался Солнцу. Явления природы истолковывались как действия божеств, а в обрядах использовался и кактус Сан-Педро, богатый мескалином; по преданию, избранные девушки под его действием прыгали со скалистых утёсов, чтобы умилостивить силы природы. Человеческие жертвоприношения существовали, хотя и не в таких масштабах, как у майя или ацтеков в Мезоамерике. Верховное божество пантеона звалось Ай АпаэкАй Апаэк, «тот, кто творит», божество, часто изображаемое с кошачьими клыками, главный бог пантеона культуры моче.. Как и многие другие андские народы, они верили в загробную жизнь и в то, что покойного на пути в иной мир нужно похоронить как подобает, со всеми вещами, принадлежавшими ему при жизни.
Сипан
Одно из важнейших археологических открытий XX века не только в обеих Америках, но и в мире произошло в маленьком селении СипанСеление на севере Перу, в долине Ламбаеке, известное рядом нетронутых царских гробниц культуры моче, обнаруженных в конце 1980-х годов. на севере Перу. В феврале 1987 года группа местных грабителей могил (уакерос) начала копать в одном священном холме и наткнулась на богатую гробницу. Ссора из-за добычи заставила одного из них сообщить о случившемся в полицию, которая пригласила археолога Вальтера АльвуПеруанский археолог, с 1987 года руководивший раскопками в Сипане и представивший миру это открытие как одно из важнейших в истории андской археологии. взять исследование на себя.
Раскопки не обошлись без столкновений: на памятник продолжали нападать грабители, и в одном из таких инцидентов полиция застрелила одного из них. Тем не менее команда обнаружила целый ряд гробниц. В центральной было найдено девять тел: самого правителя Сипана, двух его спутниц, трёх воинов и ещё трёх человек, все уложенные в могилу уже мёртвыми, хотя остаётся открытым вопрос, отправились ли они в иной мир добровольно.
Останки правителя в главном саркофаге были покрыты нагрудниками, ожерельями и другими золотыми предметами, а также раковинами морских моллюсков рода Spondylus, которые моче считали пищей богов. В соседних нишах нашли 221 керамический сосуд со сценами повседневной жизни. Как и многие андские культуры, моче в конце концов погибли из-за череды стихийных бедствий — циклов Эль-Ниньо, засух и наводнений, — которые привели к голоду и борьбе за всё более скудные ресурсы. Позже Вальтер Альва описал открытие в Сипане как глубоко личное и волнующее переживание, возможность показать миру блеск почти забытой культуры.
